Алекс Керви
ВСЕ КАЖЕТСЯ ГОТОВО. ТЫ ГОТОВ? ГОТОВ?



Издание "Страха и Отвращения" для меня лично было частью Большой Игры,
начатой пять лет назад, когда я вкалывал чернорабочим на ферме в Фэвершеме
и
вскоре был с позором оттуда изгнан за примерные достижения в области
"химического издевательства" над английским сельским хозяйством, и без меня
достаточно "охимизденного" - стоит только взять за вымя последующий Mad Cow
Disease.
Ночная погоня за мной полиции из города Рочестера напугала, видимо, только
окончательно охуевших кроликов с окрестных полей, на которых я имел
несчастье наткнуться в кустах, в которых отлеживался, пока надо мной
проносились полицейские машины.
С творчеством Томпсона меня подробно познакомили старший инспектор
британской налоговой полиции, в доме которого, на улице Кромвеля, я
остановился после случайного знакомства на распродаже коллекционных
пластинок в Кентербери, и последующее безумие, плавно перетекшее в
импровизированный отчет "От Гластонбери к Редингу"... Написан опять же в
Кентербери в ночь с 1 на 2 сентября 94-го на всем, что попалось мне под
руку (там было и первое упоминание на русском языке о Томпсоне вообще, и о
"Страхе и Отвращение" с "Поколением Свиней" в частности). Спустя каких-то
несколько дней меня затянуло в водоворот уличных беспорядков, произошедших
в Лондоне, когда Тори принимали свой фашистский закон о преступности...
Этот блядский закон привел к окончательному запрету бесплатных рейвов,
продолжению истории о гнусной провокации против Дженезиса Пи-Орриджа, кормившего с женой голодных
детей в Непале, пока в Лондоне спецслужбы изымали весь его годами
собиравшийся архив (после этого их самих пришлось кормить), и прочим
веселым штукам, о которых даже пингвин не споет на хрустнувшей, как шейные
позвонки Гапона, льдине. Но даже полгода спустя я и предположить не мог,
что для почти окончательного отъезда в Соединенное Королевство:
1. Мне придется подделать документы - написать самому себе приглашение от
представителя Красного Креста некоего господина Бреннана (хорошо, что не
Ричарда Брэнсона, владельца "Virgin"; как мне это сразу в голову не
пришло), самому же его подписать и с улыбкой Чеширского кота побежать в
английское посольство (вероятно, с таким же выражением на лице Хантер бежал
на самолет в Вегасе: "Я решил рискнуть - просто промчаться через ворота
терминала с широкой жизнерадостной улыбкой на лице, неся околесицу про
"резкое падение спроса на рынке скобяных изделий").
Проблема в получении визы заключалась в том, что некто Ворищев (Татищев),
по совместительству председатель Всесоюзного Общества Слухачей "СКОТ" -
"Dirty Little Stukach", как писал Дядя Билл Берроуз, наклепал на меня
творческой интеллигенции на "Русской Службе БиБиСи", обвинив в
контрабандном провозе килограмма марихуаны. "Напрямую из Лондона"; только
не понятно за чем (?!!!), как будто здесь своей нет, особенно используя
наши "левые" склады якобы уничтоженного зелья в Управлении Нелегального
Оборота Наркотиков; хотя господин Ворищев, возможно, имел ввиду образцы,
привезенные на Международную Конференцию с участием сотрудников Интерпола
по Экспертному Контент-Анализу черепно-мозговой структуры Джонни Дэппа
после общения с Доктором Томпсоном. Или же его настолько устрашил размах и
чистота наших операций, что даже он тогда, по простоте своей торговца
приглашениями в Голландию, не понял, с кем имеет дело.
Никто мне после этого, естественно, никаких приглашений не прислал, и все
знакомые эмигранты отпихивались в своем подлом, отстраненном,
холуйско-диссидентском духе, как будто я плотвой, начиненной ЛСД, всю жизнь
торговал у памятника Дзержинского.
2. За пять минут сочинить в посольстве всю историю моих взаимоотношений с
господином Бреннаном, начиная с тех самых лет, когда Олимпийский Миша
взлетал к экологически чистым ебеням, минуя те времена, когда Пятнистый
Миша... (впрочем, вы и сами все знаете - "Номенклатура Мозгового Фонда или
Возвращение к Каббалистическому Рейху"), мимоходом коснувшись тех славных
дней, когда Маргарет Тэтчер восхищалась ЕБН-ом за организацию стихийной
эукуляции у нашей бронетехники (Прямо как в анекдоте: "Снимите этого
Сруля!"), и многих других событий, о которых так любил думать Васисуалий
Лоханкин. Все закончилось всеобщим "Цирк-Цирком" - это даже не Шестой, а
уже 99-й Рейх.
3. Устранить группу омерзительных нарколыг, мешавших моему вылету, по
причине, которую каждый уважающий себя браток из Университета Патриса
Лумумбы должен понимать: Little Pavliki was hacked to stroganoff by the
outraged neighbors - good job and all. THUS PERISH ALL TALKING ASSHOLES.
- Вырвать им легкие! И сьесть их!
4. Поставить всех по факту в Лондоне своим прибытием - картина "Не ждали".
"А я был, помимо прочего, "ВИП". В противном случае они, прежде всего,
никогда бы не дали мне напрокат "Кадиллак".
А еще через несколько недель мы с моим приятелем Майки Уолласом, бывшим
членом ИРА (вышел в отставку после взрыва в Манчестере летом 96-го),
грузили грейпфрутами машину, намереваясь отправиться в поездку в поисках
Великой Друидской Мечты ("Дал дуба у дуба"). "Шум в тачке был настолько
ужасен, - свистел ветер, орало радио и магнитофон", - что начитанные в
дороге пленки перевода "Страха и Отвращения" можно было разобрать только в
монтажной студии MI6, которая даст сто очков любой Abbey Road. Славного Джи
Джи Рогозина ЕБН послал из Кремля на хуй за оккультный террор в отношении
местных бюрократов за три месяца до описываемых выше событий (об этом даже
писала "Вашингтон Таймс" - типа "Распутин Ельцина"; они, как видно, не
читали книгу о Карле Мария Виллигуте - "Распутин Гиммлера")...
Но тогда мы как-то об этом даже и не вспомнили, потому что наш разум
отправился в страну огнедышащего перевода всяких полезных для человеческого
здоровья веществ и вещей, включая ручные пулеметы и гранатометы (из оффшора
в Латинскую Америку и обратно), в "ту последнюю базу, лежащую за солнцем".
- Верховный спросил меня...
(О чем он тебя спросил тебя, Алекс?)
- "Сражался ли ты или бежал?"
(и что ты ему ответил, Алекс?)
- "...Мы дали им пизды по полной программе"
- We want your brains to pay for further education...
- Артур Браун

В один из ноябрьских вечеров 96-го мы сидели небольшой компанией в старом
рок-н-ролльном пабе "Ковчег", что в двух шагах от Кройдон Хай Стрит. Играла
(уже в который раз) "Another Girl, Another Planet" The Only Ones и Майки
Уоллас, душа и растлитель нашего общества, отправился к стойке забирать
выпивку очередного "раунда". На столе, густо обсыпанный пеплом, лежал
теперь уже исторический документ - "Издательский План T-OUGH PRESS в
России". На нескольких листах уместилось больше шестидесяти названий -
такому каталогу позавидовало бы любое западное издательство. Составляя
список мы спорили до хрипоты и крика, прерываясь лишь на очередной залп в
глотку, после чего яростный спор возобновлялся с употреблением всех
матерных выражений, которые только существуют в английском языке и на
жаргоне кокни. "Да, масса всего полезного для России вышло из лондонских
пивных. Вековая традиция", - заявил, ехидно усмехаясь, Уоллас и, расставив
стопки, плюхнулся на стул рядом со мной.
- Да... Съезд РСДРП, например, - вставил свои тридцать копеек Джей Бей.
- Страх и Отвращение в Лас-Вегасе, - сказал я, вглядываясь в самое начало
первого листа.
- Еще не ездил, - откликнулся Уоллас. - Ну что, чин чин, упала...
- Я имею в виду "Страх и Отвращение" Доктора Томпсона, а не твою паскудную
бандероль с бутонами пейота, ты, о зоотехник светских раутов и молодежных
клубов. Кто посадил на порошок Царя Лестригонов Лайма Галлахера? Кто
подсунул его Стелле Маккартни? Растленный хряк... Еще пронесется
монгольская конница с боевым кличем "Кхху Уррагах" над аббатством
Гластонбери, как предсказывал старый питурик Уорхол...
- Ну да, потому здесь для вас, монголов, специально и открыли в Кройдоне
ресторан "Монгольский Окорок", и официанты, прежде чем подать бутылку
"Анжуйского", зачеркивают черным фломастером название, и пишут
"Монгольское". Так выпьем же, кабан, за то, чтобы все "Вегасы", где нет
никакого полета для Птиц Высокого Полета, взлетели на воздух, чему мы,
кстати сказать, в буквальном смысле и способствуем...
- Аминь. В мире воров единственный и окончательный порок - это тупость.
И тут, вспоминая о "Страхе и Отвращении", я наткнулся в своей памяти на
одно событие... На свою фиктивную свадьбу, на которой гуляло все белое и
черное отребье Кентиш Тауна и сотрудники британского Министерства
Внутренних Дел (Хоум Оффиса). Я оказался там единственным человеком в
костюме и, размахивая бутылкой виски, орал с балкона как муэдзин, зазывая
на вечернюю попойку всех прохожих... Мою испанскую жену уже тискал кто-то
другой... Кто-то! Его имя я так и не сумел вспомнить. Раздался истошный
вопль: "Меня кинули! Кинули!" - это вопил сын депутата Госмударственной
Думы, впоследствии отстрелянного нашими спецслужбами. Мы зашли в туалет и в
его увесистом свертке, под наш всеобщий хохот, оказалась кошачья мята. "Мы
покажем этим грекам, где турки зимуют!" - заорал один хрен. "Мы заставим их
вспомнить Херонею и Черных Полковников!" - подхватил я, и вся толпа с
гиканьем и свистом помчалась к машинам. Должно быть, мы возвращались. Более
того, я был уверен в этом. С трудом разлепив глаза увидел, что лежу на
скамейке рядом с Кэмдэнским Каналом. Посмотрел на часы - шесть утра. Сквозь
клочья тумана в двадцати метрах от меня на железной балке происходило
откровенное "блядство телят" с какими-то собачьими завываниями. Поднялся,
пошатываясь, разрывая зубами воздух, побрел к лестнице на мост. "Доброе
утро..." - сказал я, проходя мимо блядства. "Умммм... На хуй!" - ответила
телята, которая была сверху. "И чтоб тебе на него сардинка клевала", -
заметил я, делая свой первый головокружительный шаг по лестнице. Час
ковылял до офиса в Кентиш Таун. Там судорожно пытались уничтожить следы
ночного безумства гадов, которых уже давно занесло зыбучими песками
майонеза. Душ не работал. Жена исчезла. Я выпил две оставшихся банки
"МакЭванс", меланхолично наблюдая, как глава рекламной службы этого
журнальчика самолично убирает оказавшееся у него на стуле дерьмо. Принял в
рот паравоз от пробегавшего мимо сына хозяина издания, съел хлебец с сыром
и отправился в тотализатор делать ставки на шесть футбольных матчей.
Вернулся, редактировал до двенадцати какую-то херню, которая так никогда и
не была в результате опубликована, потом вышел в ирландский паб, выпил две
пинты, залил все текилой и снова пришел в свой рабочий закуток, где и
просидел до конца дня, слушая Ленни Тристано, Диза и репортаж со стадиона
"Уэмбли". Вечером я лежал в офисе на кожаном диване (я там не только
работал, но и жил) с упаковкой пива. Машинально потянулся к книжной полке и
рука достала "Страх и Отвращение"... Я наугад раскрыл книгу и наткнулся на
главу про адренохром... "Мы отправимся в "Цирк-Цирк", посмотреть, что они
там вытворяют с белым медведем..." И я читал, содрогаясь от внутреннего
хохота, забрызгивая пеной себя и диван. Жене вставлял кто-то другой. Больше
я ее никогда не видел, только слышал, когда ее мускулистый русский
бойфрэнд, накурившись гашиша в Барселоне, спустя три с половиной года решил
потребовать с меня деньги за развод, примерно как господин Бонасье деньги
за квартиру, это с меня-то, королевского мушкетера!
- Как твой адвокат, я советую тебе сбавить обороты...
- Я не могу больше держаться, старый.
Да, хороший, судя по всему, "гаш" марроканцы перекидывают в Барсу с Ибицы,
хотя с непальским и не сравнить.

Мы шли с Уолласом из "Ковчега" в офис напротив через дорогу, в "Дом
Зеленого Дракона", где я занимал ответственный пост менеджера по проектам
одной крупной издательской компании, иначе говоря "мозговика", которых
принято отстреливать в самый последний момент, а в 99% случаев перекупать.
Я позвонил приятелю в Москву.
- Привет. Ты не знаешь, кто перевел "Страх и Отвращение" Томпсона?
- Да. Ты его и перевел.
- Я?
- Да. Ты помнишь, что переводил "Джанки" Уильяма Берроуза в 92-м?
- А-а, помню... Свяжись с ним.
- С Джанки, Берроузом или с тобой, идиот?
"Хо-хо, он пляшет как безумный. Тарантул укусил его", - пропел,
пританцовывая рядом Уоллас. Через несколько дней в Лондоне начались
странные события, связанные с деятельностью TRI ("Института Упорного
Сопротивления"), основанного Уолласом и рядом других весьма осведомленных
лиц международного артистического сообщества, призванного объединить
обособленных творческих людей по всему миру и устроить небольшой Helter
Skelter, связанный с оживлением статуй острова Пасхи. Впрочем, не будем
пока забегать вперед. В результате "Издательский План" был отложен в долгий
ящик на полтора года, Уолласу и многим другим пришлось бежать из страны
дальше собственного визга, а точнее в Бразилию, в Австралию, Новую
Зеландию, на остров Кайман, по проторенным дорогам старого доброго плана
"ОДЕССА", знакомые сотрудники Хоум Оффиса, теперь уже бывшие, основали в
тюрьме новую рок-группу "ПиСиПи", а мне пришлось играть в баскетбол и на
фортепиано в санатории для частных детективов с Ямайки и Экспертов по
Анализу Криминального Оборота Рыболюдей из Общества Дагона.

И все же издательский план, возникший в головах шумной, веселой компании
собравшихся три года назад в Лондоне международных авантюристов, хастлеров,
гэмблеров и джонсонов, докатился все же до России... Снежным комом с горы,
обрастая друзьями и недругами, и впереди, на Великой Красной Акуле, мчались
Доктор Хантер Томпсон, дегустирующий вытяжку из адреналиновой железы живого
человека, и его толстый, бешеный адвокат Доктор Гонзо, сжимающий в руке
охотничий нож.
"Страх и Отвращение в Лас-Вегасе" открывает нашу, так сказать,
"фармакологическую" серию. Этот роман давно уже стал неотъемлемой частью
современной культуры, а вернее - рупором Нового Отношения, Обратного Кода,
разбивающего все условности Открытого общества "Молчаливого Большинства",
потребителей "семейных ценностей" и "наркотиков" иллюзорных понятий
официальных институтов власти. Химический Взрыв мозга Хантера Томпсона в
1971-м затронул нервные окончания нескольких поколений молодежи.
Вдохновляясь "Страхом и Отвращением" в бой против всей этой мрази
Крестового Похода Наркоистерии двинулись с издевательским смехом полки
новых охотников-мутантов, отважных исследователей Отдаленной Стороны
Реальности, как писал Кен Кизи, и беспощадных истребителей тупорылых
свиней, упорно лезущих не в свой огород. Кислотные Партизаны-Фрики атакуют
конференцию Координационного Совета по Безопасности Личности - этот штурм
тянется уже сорок лет, и будет тянуться до бесконечности, пока все Фрики не
обретут свое Королевство.
Там каждому накрыт свой "Голый Ланч", каждый пишет свой "Дневник
Наркомана", у каждого на досуге свой "Трейнспоттинг", в шприце свой "Вирт",
место прописки - "Интерзона", а вместо паспорта "Книга Каина".
Не стоит задавать глупый вопрос, что общего между Томпсоном, Кроули,
Берроузом, Уэлшем, Нуном и Троччи... Peel Slow and See... Медленно Очищай
и Врубайся...
- Алекс Керви

P.S.
А вообще-то, братва, давайте забудем об этой хуйне с Американской,
Самоанской и Друидской Мечтами.
Главное - это Великая Монгольская Мечта!


 
 
 
письмо в редакцию, T-ough press webmaster