Валерий Кацуба
О ВЛАДИСЛАВЕ МАМЫШЕВЕ-МОНРО

Владислав гостит у меня в Петербурге в доме на Дворцовой набережной. Раздается звонок в дверь.

Я понимаю, что пришел хозяин (поскольку квартиру снимаю) - обычный зануда. Ему уж давно полюбилось пить у меня чай, вести разговоры об искусстве и при этом съедать все сладкое в доме.

Прошу Владислава сделать все, но дверь не открывать.

- Валерия нет дома,- говорит Владислав через замочную скважину.

- Откройте, пожалуйста, - просится хозяин. - Я принес ему кое-какие вещи.

- Не могу я открыть. Я в ванной. Моюсь.

- Умоляю. Вещи тяжелые, а я уже старый человек.

- Одну минутку.

Владислав отправляется в ванну, набирает воду, моется и надев халат, оставляя мокрые следы на полу босыми ногами, идет открывать дверь. Открывшаяся перед хозяином дверь сильно прижала меня к стене.

- Ой! Куда же вы?! На кухню?!. Ага, проходите:

Я трусь на лестнице у дверей своей же квартиры, чтобы спасти репутацию честного человека. Перед глазами возникают образы один ужасней другого: Я вижу как Владик открывает холодильник и, решив, что, раз так случилось: Я больше не могу. Я звоню в дверь и слышу:

- О! Кто же это к нам пришел?! - уже в моих тапочках Владик шлепает к дверям.

Ах, Валерий, проходите: А у нас гости, - доверительно, по-хозяйски, сообщает он. Владислав Мамышев не разграничивает реальность жизни и реальность художественную. Владиславу безразлично, где находится аудитория готовая обратить на него внимание - в концертном зале, в клубе или в трамвае.

Все пространство земного шара с его полями, лесами, помойками готовы в любой момент превратиться для Владислава в сцену. Он с легкостью выступает где угодно и перед кем угодно. Точно также как и жить может хоть в сквоте, хоть в апартаментах французских дипломатов, хоть в бочке - и везде будет одинаково счастлив.

Желание обрести аудиторию и покорить ее в любой момент сами по себе мало что значат. Но если к этому добавляется актерский талант и тонкое знание тайных желаний человека, как у Владислава, - можно считать себя уже победителем в жизни. Это всегда выручало Владислава в его положении постоянно бездомного и безденежного, с вечной мечтой жить в замке и быть схожим с римским императором.

Хотя у Владислава была собственность. Но, кажется, что обладание материальными благами Владиславу в тягость. Собственность свою он продал во имя любви, полагая, что на вырученные от продажи квартиры ужины в гостинице "Европа", он сможет развить ответное чувство и такое же сильное. Не случилось.

Его личные вещи хранятся в разных домах, в которых Владислав любит часто останавливаться. Он подобен Кэрелю в романе Жана Жене. Плавая по миру, Кэрель прятал украденные им драгоценности в портах разных стран, создавая тем самым для себя иллюзию обладания богатствами мира, которые, впрочем, ему были не нужны. Владислав же оставленными вещами, своего рода тоже сокровищами (экстравагантной одеждой, альбомчиками фотографий, где он выводит на чистую воду светское общество), создает иллюзию одновременного присутствия в разных частях мира. Иногда даже кажется, что один рукав его куртки - в Петербурге, в то время как второй - в Москве. Как только у Владислава появляется собственность, он стремится от нее избавиться. И не только от своей. Серьезно погрузившись в исследование наркотиков, Владислав сжигает роскошную квартиру, приютившую его, квартиру одного из немногих банкиров, тех, кто правит страной.

- Кто-о-о? Кто это сделал??!!! - спрашивает банкир.

- Один известный трансвестит,- отвечают.

- Кто?

- Ну, трансвестит.

- Кто..?

- Ну, пидарас один.

-А-а-а... Ну, ладно.

Владислав прощен.

Где же эта грань, которую каждый из нас может с легкостью перешагнуть, навсегда испортить отношения и быть казненным? Для Владислава эта грань превращается в бесконечность. Владислав всепрощаем. Он постоянно балансирует на грани всеобщего любимца и нелюбимца. По-видимому, родная земля подсказывает ему, как поступать. Владислав увлечен русскими мифами, понимая, что в них подсказка сути ценностей жизни. Он в состоянии расшифровать мифы и руководствоваться ими как пособием в повседневной жизни. Любим на Руси Иванушка-Дурачок. Ленивый шалопай, неряха, все время сидит на печи. Но приходит час и Иванушка превращается в благородного прекрасного принца.

Шагает по русской земле Владислав Мамышев-Монро, останавливается, чтобы побеседовать с людьми. И а его глазах, практически, каждый в состоянии прочесть: " Ведь перед вами и стоит сейчас тот прекрасный принц, хотя на первый взгляд он кажется вам Иванушкой- Дурачком. Присмотритесь внимательно." И люди начинают думать, что да, что это действительно Он и распахивают навстречу Владику-Иванушке сердца и кошельки.

Единственный способ противостоять таланту Владислава убеждать людей - это заткнуть уши и ничего не cлышать, закрыть глаза - и не видеть его завораживающих работ, и твердить в ответ на его просьбы лишь: " Нет, нет, нет! Не могу!", "Нет! Нет! Нет!"- твержу я всякий раз после посещения Владиславом моего дома, когда мне кажется, что у квартиры пропали стены и она вместила в себя весь хаос мира.

Москва. Владислав принимает меня. Конечно же, клубы, рейвы, алкоголь, встречи. Лишь рано утром мы возвращаемся домой. И я иду в ванну, потому что мне плохо. Очень быстро, поскольку боюсь упасть на середине пути, бегу к постели и вижу, что там лежит чертик.

"Чертик" - думаю. Я видел его раньше. Память старается помочь мне, насколько она может, и подсказать, что в квартире были маски чертиков. Осматриваюсь вокруг и вижу, что уже другой чертик стоит в углу.

"Ладно, завтра разберусь."- принимаю решение и засыпаю.

Хмурое утро. Открываю глаза. Надо мной стоит Владислав в встопорщенном парике с половником в руках и кричит:

- Ну что?! Допился до чертиков!

За эту способность пробудить во мне даже в такое тяжелое утро интерес к жизни я и прощаю Владиславу все. И жду опять, когда он въедет ко мне на своей невидимой печи и надеюсь, что когда-нибудь он и меня возьмет к себе в сказку, где ясен смысл жизни и ясность эта дает мудрый блеск глазам, блеск любви к жизни, к Королевне, спокойное счастье, обретенное через знание.


 
 
 
письмо в редакцию, Dantes webmaster